Ежедневно, с 8:00 до 20:00
Стационар: круглосуточно
Заказ звонка
Тревога из‑за провалов памяти — у себя или у близкого — почти всегда толкает к двум крайностям: либо «само пройдет», либо «это точно самое страшное». Полезнее третий путь. Спокойный. Рациональный.
Обращение к профильному специалисту — врачу‑психиатру — помогает оценить когнитивные функции (память, внимание, мышление), исключить другие причины снижения и выстроить понятный план наблюдения и лечения пациента. В современной медицине это не «ярлык» и не стигма, а нормальная маршрутизация.
Эмоциональная поддержка и сохранение привычных социальных связей помогают семье выдерживать нагрузку и дольше сохранять качество жизни пациента.
Болезнь Альцгеймера — нейродегенеративное заболевание (то есть болезнь, при которой клетки мозга постепенно разрушаются и погибают), из‑за чего когнитивные функции (память, речь, ориентация, бытовые навыки) снижаются. Это самая частая причина деменции (стойкого снижения памяти и самостоятельности).
Ключевое отличие от «обычного старения» — необратимость изменений и их связь со структурным поражением головного мозга.
Процесс связан с накоплением белков, которые в норме должны перерабатываться и удаляться. Как «уборка», которая работает каждый день. При болезни Альцгеймера система дает сбой. Белки накапливаются. Клеткам становится всё тяжелее работать.
Это удобно представить как логистическую аварию: амилоидные бляшки — как невывезенный мусор, который перекрывает проходы; тау‑белки — как разрушенные рельсы, доставка питательных веществ и сигналов срывается. Итог простой и жесткий: нейроны гибнут, связи между ними (синапсы) рвутся.
Симптомы бывают разными (например, сосудистая деменция и при болезни Паркинсона). Поэтому важны ориентиры, которые помогают отличать «норму возраста» от болезни и понять, когда пора к специалисту.
| Критерий | Возрастная норма | Болезнь Альцгеймера |
|---|---|---|
| Память | Забывание деталей, которые вспоминаются позже | Невозможность вспомнить недавние события, повторение вопросов |
| Ориентация | Редкая путаница в днях недели | Потеря ориентации в знакомых местах, путаница сезонов |
| Бытовые навыки | Способность пользоваться техникой | Утрата понимания алгоритма действий (как пользоваться ключами) |
| Критика | Сохранена, человек беспокоится о забывчивости | Снижена или отсутствует (анозогнозия — человек не осознаёт, что болен) |
Заболевание развивается постепенно. Когнитивные нарушения нарастают, и клиническая картина со временем может включать: афазию (нарушение речи), апраксию (трудности с выполнением привычных действий), агнозию (нарушение узнавания предметов и людей) и дезориентацию.
На старте симптомы нередко «маскируются» усталостью, стрессом или возрастом — и именно поэтому их пропускают.
Если отметились 3 и более признака, лучше не ждать — записаться на очную консультацию.
Переход от доклинических изменений к выраженной деменции занимает время. Удобно держать в голове простую схему стадий заболевания — она снижает тревогу и помогает наблюдать динамику у пациента.
Да, это звучит тяжело. Но здесь есть и опора: процесс обычно развивается постепенно, а значит у семьи есть время выстроить уход и безопасность, а не жить в режиме постоянного пожара.
Ответ здесь не «да/нет по диагнозу». Решение принимает специалист на основании клинической оценки функций пациента.
Причины болезни Альцгеймера нельзя свести к одному «виновнику». Это мультифакторный процесс: значение имеют генетические предпосылки и факторы среды.
Ген APOE4 повышает риск развития заболевания, но сам по себе не «включает» диагноз. Это именно предрасположенность. Семейный анамнез учитывают, но важно помнить: большинство случаев — спорадические, то есть без прямой наследственной линии.
Цифры важны: риск развития увеличивается в 2–3 раза при наличии одной копии APOE4 и в 8–12 раз при наличии двух копий.
Мозг тесно связан с состоянием сердечно‑сосудистой системы. Поэтому профилактика часто выглядит «не неврологической», а вполне бытовой — давление, сон, травмы, контроль хронических заболеваний.
Отчет комиссии Lancet (2024) дает сильный ориентир: до 45% случаев потенциально предотвратимы при коррекции 14 факторов риск развития заболевания.
Диагностика болезни Альцгеймера требует последовательности. Здесь ценнее «правильный порядок шагов», чем попытка сразу сделать «самое точное» исследование. Ведущая роль принадлежит психиатру.
Чтобы не потерять время и не запутаться, важно разделить задачи специалистов.
Если перевести на простой язык, обычно это так: специалист спокойно поговорит, уточнит симптомы, проверит память и внимание короткими заданиями — и только потом решит, какие обследования действительно нужны.
Да — и это принципиально. Болезнь Альцгеймера диагностируют после всесторонней оценки: врач обязан исключить состояния, которые могут имитировать деменцию и при этом поддаваться лечению.
Чтобы опираться не на впечатления, а на измеримые показатели, психиатр использует стандартизированные шкалы.
Аппаратные методы — не «замена врача», а инструмент уточнения и исключения другой патологии у пациентов.
| Метод | Цель исследования |
|---|---|
| МРТ / КТ | Исключение опухолей, гематом, сосудистых катастроф; оценка атрофии гиппокампа |
| ПЭТ-КТ | Визуализация метаболизма глюкозы и накопления амилоида (в сложных случаях) |
Современные протоколы включают анализ биомаркеров (бета‑амилоид 42/40, фосфорилированный тау) — в ликворе (спинномозговой жидкости) или плазме крови. Это позволяет увидеть патологический процесс еще на доклинической стадии.
Атрофия гиппокампа и другие структурные изменения на нейровизуализации поддерживают вывод о нейродегенеративном характере процесса.
Лечение болезни Альцгеймера всегда комплексное. Медикаменты, коррекция поведения и наблюдение в динамике — зона ответственности психиатра.
Ингибиторы холинэстеразы и мемантин не останавливают гибель нейронов, но частично компенсируют дефицит нейромедиаторов. За счет этого когнитивные функции пациентов могут временно стабилизироваться, а навыки самообслуживания — сохраняться дольше. Решает стадия. И момент назначения.
Антиамилоидная терапия (например, леканемаб) нацелена на удаление амилоидных бляшек.
В клинике вопрос звучит иначе: не «поздно ли», а «какая цель сейчас». Цели меняются — помощь остается.
Поддержка психиатра уместна на любом этапе. Диагноз «болезнь Альцгеймера» звучит страшно — и это нормальная реакция. Но это не приговор «завтра всё закончится»: у многих семей есть годы, в которые лечение и правильно организованный быт помогают сохранить общение, привычные ритуалы и достоинство человека.
Немедикаментозные подходы помогают поддерживать активность и нейропластичность (способность мозга перестраивать связи) у пациентов.
Мультимодальные подходы — когда сочетаются движение, когнитивная стимуляция и общение — практичны именно тем, что их можно встроить в быт.
Самое тяжелое для семьи — не «термины», а повседневность. Хорошая новость: быт можно сделать безопаснее, а решения — заранее.
Отрицание нередко связано не с характером, а с симптомом — анозогнозией (утратой критики к состоянию). В такие моменты полезно помнить: человек может не «упрямиться», а действительно не видеть проблему. Это часть болезни.
Цель — не «победить в разговоре». Цель — привести к диагностике. И да, здесь обычно особенно больно близким: появляется злость, бессилие, вина. Это ожидаемо. В таких случаях поддержка семьи — не роскошь, а ресурс, который реально влияет на качество ухода.
Лучше один раз продумать квартиру как «систему безопасности», чем бесконечно тушить мелкие кризисы.
Профилактика — это не обещание «никогда не заболею». Это снижение рисков там, где риски управляемы.
MIND‑диета объединяет элементы средиземноморской и DASH‑диет.
К врачу‑психиатру. Этот специалист проводит диагностику, исключает другие причины и назначает лечение пациентам с Альцгеймером.
В большинстве случаев — нет. Генетические формы (раннее начало) составляют менее 1–3% (мутации в генах APP, PSEN1, PSEN2). Поздняя форма чаще дает наследственную предрасположенность, но не гарантирует заболевание.
При болезни Альцгеймера первично страдают память и когнитивные функции. При болезни Паркинсона дебют чаще начинается с двигательных нарушений (тремор, скованность).
Продолжительность жизни варьируется от 2 до 20 лет после постановки диагноза. Влияют возраст дебюта, сопутствующие заболевания и качество ухода.
Агрессия часто связана со страхом, болью или непониманием ситуации. Рекомендуется искать причину дискомфорта, использовать переключение внимания и обсуждать с лечащим психиатром коррекцию терапии.
Диагноз меняет жизнь семьи. Это правда. Но хаос можно заменить планом — шаг за шагом.
Обычно становится легче, когда появляется последовательность: заметили изменения → пришли на очную диагностику → исключили обратимые причины → начали лечение и поддержку пациента → заранее обезопасили быт. Не за один день. По силам.
Профильные специалисты, фонды и группы поддержки для родственников помогают выдерживать нагрузку и не оставаться один на один с тревогой. А своевременное обращение к психиатру — это не «последний шаг». Это первый разумный шаг.
Статья носит информационный характер и не заменяет очную консультацию врача.
Научный консультант по ревматологии
Научный консультант по функциональной неврологии
